В роду начинающего писателя Алексея Радова немало известных личностей, внесших огромный вклад в советскую и российскую культуру. Его отец – культовый писатель-постмодернист Егор Радов, мать – Анна Герасимова, она же – Умка, лидер группы «Умка и Броневичок», дед – публицист Георгий Радов, бабушка – легендарная советская поэтесса Римма Казакова.

В книге «Мертвый ноябрь», которую молодой перспективный автор презентовал на днях, — психоделические рассказы и очерки, созданные Радовым в детстве и юности. Произведения, по мнению критиков, неожиданно зрелые, многослойные, наполненные глубинным смыслом, вместе с тем свежие, нешаблонные. В них много взято из творчества отца, Егора Радова, но переосмыслено и представлено на фоне собственных идей и переживаний. Порой это текст-игра, порой – откровенный саботаж, порой – поиск уверенности в себе и опоры в окружающей автора дрожащей реальности.

Особо смелые рецензенты уже сегодня называют Алексея Радова «вторым Пелевиным» — та же взращенная на постсоветской почве ориенталистская фантастика, тот же мрачноватый фатализм, те же изломанные и ветвящиеся линии, следя за которыми, в конце перестаешь понимать, происходит ли это на самом деле. Но будет ли такая проза востребованной, ведь ниша уже занята одиозным «литературным отшельником», покажет время.